Иноческое настроение спасаемых лиц выдвигает в отношении внешней жизни три существенных вопроса: во первых, как относится к сродникам по плоти; во вторых, как быть с имуществом; и в третьих как быть с земными делами? Замечательно, что в жизни подвижников на почве их личных особенностей оказывается до противоположности различное разрешение этих вопросов.

Возьмём родственную связь. Большинство подвижников уклонялись от сродственников, памятуя евангельское слово: «всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную».(Матф. XIX, 29). Из древних подвижников, например, св. Антоний Великий установил в своей иноческой обители такое правило: «не ходи смотреть, как живут родные твои, и им не позволяй приходить смотреть, как живешь ты; и даже совсем не видайся с ними» (Уст. отшельн. жизни, ст. 4).

Из наших подвижников преп. Серафим Саровский, столь дороживший благословением своей родной матери, что полученный от нее медный крест всегда открыто на груди носил, - этот любвеобильный батюшка на заявление о его плотских родственниках ответствовал следующими евангельскими словами, указывая на своих духовных чад: «се матерь моя и братья мои» (Матф. XII, 49). А вот из жизни прославленных угодников Божиих и обратные случаи. Святитель Тихон Задонский неоднократно сам приглашал и принимал у себя родную сестру, с которой вел умилительные родственные разговоры. Как сестре, так и братьям неоднократно оказывал материальную помощь (Зап. Чеботарева ). Святитель Иоасаф Белгородский не только не прекратил общения с родными, но за полгода до своей смерти, испросил у Святейшего Синода особое разрешение, отправился в родительский дом и там в родной семье прожил три месяца. Потом на возвратном пути он в своей архиерейской даче слег на смертный одр, где проболел два месяца. И здесь его посетили родная мать, брат и сестра, при чем любимая сестра Параскева находилась при нем до самой его блаженной кончины (Житие составлен. Илией Квиткой). Таким образом, согласно слову Спасителя, «Иже любит отца или мать паче мене,» т.е. больше Бога, только тот «несть Мене достоин,» т.е. Господа не достоин (Матф. X, 37).

Также разнообразно отношение подвижников к имуществу. Древние подвижники свою нестяжательность доводили почти до отрицания собственности. Например, когда в келье одного египетского инока нашли несколько монет, то авва Панво велел закопать эти монеты вместе с покойником. Точный последователь древних отцов наших преп. Нил Сорский так говорит: «истинное одоление сребролюбия и вещелюбия есть не точию не имети имения, ни ни желати его отнюдь стяживати» (Преп. ученик., гл. 5). У нас на Руси в XV - XVI веках велись жаркие споры о том: подобает ли монастырям владеть вотчинами, или нет. Строгие Белозерские старцы, с Нилом Сорским во главе, решительно высказывались против владения, находя пользование вотчинами не уместным и не полезным для иноческой жизни. Напротив, так называемые Иосифляне, с Иосифом Волоколамским во главе, отстаивали монастырские права владения земельным имуществом, указывая на применение имущества в делах духовно-просветительных и благотворительных. И что же, - которое из этих мнений утвердила последующая церковная жизнь? Церковные соборы XVI века одобрили мнения иосифлян, и в то же время строгие подвижники шли по пути заволжских старцев. А Господь Бог своими чудесными знамениями прославил и в сонме святых явил представителей обоих направлений - преп. Нила Сорского и преп. Иосифа Волоколамского. Известно, что наши святители, прославленные Богом, так же не чуждались имущества, но бывшие в их распоряжении вещи и деньги употребляли для славы Божией и для блага ближних. «Берегитесь любостяжания»(Лук. XII, 15), сказал Спаситель. Воистину гибельны не вещи, а наша к ним привязанность.

Что сказать о земных делах и деятельности? Здесь у подвижников замечается наименьшие разногласия. В природу человека заложены Творцом силы духовные и телесные, которые требуют для себя приложения к жизни. Первозданный человек не только жил духовной жизнью и входил в доступное ему общение с Богом, но и имел долг возделывать и хранить рай (Быт. II, 15). Имеется наставление инокам, полученное св. Пахомием от Ангела. В этом наставлении указывается определенные часы для псалмопения, для молитвенного делания, для чтения, для домашнего поделия и для сна. Таким образом за внешней земной деятельностью признается место и значение. И между прославленными Господом святыми мы немало можем указать лиц, которые при своей богоугодности явились сильными в области земной деятельности. Такими являются прежде всего прославленные Господом цари и князья, мудрые строители жизни врученных им Богом народов. Такими являются святители вселенские в полноте восприявшие современную им науку и применявшие ее для целей богословия. Все относящиеся до внешней жизни полезные приемы и средства святые мужи не отказывались применять у себя.

Вот образцы. Вспомним, например, хозяйственные предприятия и храмоиздательство преп. Феодосия Киево-Печерского, участие в храмоиздательстве двенадцати святых его сотрудников: сооруженная ими «небеси подобная» великая церковь и ныне умиляет богомольцев. Св. Филипп Московский, в бытность свою настоятелем Соловецкой обители произвел там такие гидротехнические сооружения, которые до ныне сохраняют для насельников свое значение и своими достоинствами поражают ученых инженеров. Св. Митрофан Воронежский на столько стоик был в защите нравственных начал, что решительному в своих действиях Императору Петру I отказывал в освящении дворца, украшенного обнаженными языческими статуями, чем навлек на себя царский гнев и должен был готовится к смерти. Как известно царь уступил. Однако же, когда царь предложил вниманию святителя свой план сооружения флота и других технических предприятий, полезных для государства, то святитель с полной готовностью благословил это дело и предложил в распоряжение царя имевшиеся у него запасные деньги монастырские и церковные. От этого святителя, строгого подвижника, изображаемого всегда в великой схиме сохранилось интересное трехстишье:

«Употреби труд, храни верность, -
Богат будеши.
Воздержанно пий, мало яждь, -
Здрав будеши.
Твори благо, бегай злаго, -
Спасен будеши.»

Обратим внимание на другую сторону предмета. Имеется и в среде мирян не мало благородных личностей, которые с высоким умственным развитием, глубокой ученостью, талантливостью и полной культурностью сочетали в себе благочестие и даже высокую настроенность в духе православной церкви. Назовем для примера более известных нам из славных мужей и жен истекшего столетия в нашем отечестве. Таковы: государственные деятели - гр. Михаил Михайлович. Сперанский († 1893 г.), Терентий Иванович Филиппов († 1899), Константин Петрович Победоносцев(† 1907); воины - известный полководец Александр Васильевич Суворов († 1800), генерал Александр Алексеевич Киреев († 1910); двигатели общественной мысли - Алексей Степанович Хомяков († 1860), братья Киреевские Иван Васильевич († 1856) с супругой Наталией Петровной и Петр Васильевич († 1856), братья Аксаковы Константин Сергеевич († 1860) и Иван Сергеевич († 1860) и Иван Сергеевич († 1886), Константин Н. Леонтьев († 1891); мыслители - Виктор Дмитриевич Кудрявцев († 1892), Владимир Сергеевич Соловьев († 1900); историки - Сергей Михайлович Соловьев († 1879), Константин Николаевич Бестужев-Рюмин († 1897) и Василий Осипович Ключевский († 1911); литераторы - Василий Андреевич Жуковский († 1852), Николай Васильевич Гоголь († 1852), Иван Саввич Никитин († 1861), гр. Алексей Константинович Толстой († 1875), Федор Михайлович Достоевский († 1881), Аполлон Николаевич Михайлов († 1897), писательницы - Александра Осиповна Смирнова († 1852), Евгения Тур († 1892), Александра Николаева Бахметева († 1901); врачи - Николай Иванович Пирогов († 1881) и Григорий Антонович Захарьин (1899); педагоги - Константин Дмитриевич Ушинский († 1870), Николай Иванович Ильминский († 1891), и Сергей Александрович Рачинский († 1902); живописцы - Александр Андреевич Иванов († 1858), Виктор Михайлович Васнецов (р. 1848). Говорить ли о талантливых и ученейших иерархах нашей церкви, каковы, например, Филарет и Макарий митрополиты Московские, Иннокентий и Димитрий архиепископы Херсонские и многие другие? Говорить ли о великом сонме образованных пастырей наших? Высокие дарования и глубокие научные познания среди них несомненны; кто же дозволит себе усомниться в искренности исповедания ими святой православной веры..? Так сочетаваются выдающиеся таланты, основательное образование, житейский практицизм с христианскою православною верою. Поэтому грубо несправедливо заявление современных интеллигентов, будто религиозность и церковность есть достояние прежних веков, будто всем нынешним развитым людям она чужда.

Здесь мы подходим к решению вопроса об отношении христианства к так называемой культуре. Христианская церковь всегда благословляла полезные знания или на уку и всякие улучшения в жизни или искусство. Все изящные искусства церковь применила к непосредственным потребностям религиозной жизни. Средоточием этого применения является святой храм, где широкое употребление нашли для себя живопись, музыка и поэзия. Все бывшие в Византии в течение VIII и IX веков иконоборческие смуты являются попыткой мира, во имя духовности христианства, отобрать у христианской церкви право и возможность пользоваться культурой и влиять на нее. Смута иконоборческая в своей сущности есть призыв культурных сил сначала к подчинению церкви государству, а потом, если нельзя подчинить, к отделению церкви от государства. Не напрасно, поэтому, во вторую половину прошлого столетия подобная борьба государства с католической церковью в Германии , т.е. культурной борьбы. Такой процесс борьбы в его острых проявлениях в наши дни происходит во Франции, Испании и Португалии. Там государства уже освободили себя от религий. А свобода от религии всегда есть свобода преследования религии. Это мы видим ныне в названных государствах в ряде великих беззаконий, насилий и жестокостей, которые чинят там новые язычники христианам. «Кто не со Мною, тот против Меня; и кто не собирает со Мною, тот расточает» (Матф. XII, 30), сказал Господь Христос.

Так христианство признает за земными делами и культурой условное значение и отводит им служебное положение. Культура не может быть целью, она должна быть средством для человеческой жизни. Науки и искусства одобряются христианскою церковью по столько, по сколько своею постановкой и строем они соответствуют делу спасения, как единственно разумной цели человеческой жизни. Соответствует ли этой цели строй современной нам культурной жизни, - на этот вопрос сама жизнь дает каждому понятный ответ в виде указанных печальных явлений заграничной жизни и в виде неблагополучных для церкви общественных течений в нашем отечестве. И действительно. Христос Спаситель основал на земле воинствующую церковь; торжествующею она станет только после окончательного суда Божия. Поэтому каждому христианину ныне борьба предлежит.

Из сказанного о христианском совершенствовании можно видеть, что в существующем разнообразии подвигов, как в иноческих обителях, так и в миру, раскрывается то великое богатство дарований, которым Господь снабдил человеческое естество. Однако единичной человеческой личности недоступно полное совершенство, недоступны всем вместе добродетели. Человеческое сознание, подобно хрустальной призме, в себе преломляет и разлагает луч божественной истины. Затем усвояя из разложенного доступное, посредством личного подвига, оно вынаруживает красоту которой нибудь одной из сторон божественной истины. Применительно к сему преподобный Серафим Саровский дает такое остроумное наставление своему собеседнику: «стяжавайте благодать Духа Святаго всякими Христа ради добродетелями, торгуйте ими духовно, торгуйте теми из них, которые вам больше прибыток дают. Примерно: дает вам больше благодати Божьей молитва и бдение, бдите и молитесь; много дает вам Духа Божия пост, поститесь; более дает милостыня, милостыню творите. Таким образом о всякой добродетели, делаемой Христа ради, рассуждайте. Вот я вам расскажу про себя, убогаго Серафима. Родом я из Курских купцов. Так, когда не был я еще в монастыре, мы бывало, торговали товаром, который нам больше барыша давал. Так и вы, батюшка, поступайте в духовном деле. При этом, как в торговом деле не в том сила, чтобы лишь только торговать, а в том, чтобы больше барыша получить; так и в деле христианском». (С. Нилус. Дух Божий на о. Серафиме Саровском , гл. III.)

удивительный происходит в душе спасаемого христианина процесс. С одной стороны, по естественному ходу жизни, личное начало совершает в нем свое развитие. А с другой стороны, посредством подвигов и особенно путем христианского смирения, это личное начало ни во что в нем вменяется. И получается от этого чудная духовная красота. Жизнь не совершает своего течения с неизбежною необходимостью, по действию неизменных причин. Первая причина всякого бытия, именно Божественная Воля, безусловно свободная. Но свободу относительную даровал Творец и каждой разумной личности человеческой. Поэтому во всяком явлении человеческой жизни, при действовании слепых естественных сил, всегда есть Божие изволение или допущение, и есть свободный наклон воли человеческой. По сколько есть это последнее, по столько человек заслуживает награды или наказания. Как можно видеть из евангельской притчи о талантах, при окончательном расчете за прожитую жизнь, Господь потребует от каждого человека благих плодов иметь, но в меру полученных им сил. Кто получил пять талантов, должен доставить десять; кто получил два, тому достаточно доставить только четыре. (Матф. XXV, 14 -30). Здесь неравенство задатков производит неравенство плодов. Иное мы видим в притче о работниках, званных в виноградник. Явившиеся на работу с утра, в полдень и вечером все получили одинаковую плату по динарию. Однако же не все они почувствовали себя одинаково удовлетворенными, ибо не все нравственно способны были понять и оценить доброту небесного Хозяина.(Матф. XX, 1-6) Тут в равенстве вышло неравенство. Откуда и зачем такая разница природных условий и личных свойств? На этот вопрос мы находим ответ у Св. Апостола Павла: «ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему его: зачем ты меня так сделал? Не властен ли горшечник над глиною, что бы из той же смеси сделать сосуд для почетного употребления, а другой для низкаго» (Рим. IX, 20-21)?

После всего изложенного естественно сложить спросить: который же из путей спасения и подвигов выше - созерцательный или деятельный? Это все равно, как если бы спросить: из евангельских жен, которая выше в очах Божиих - Мария или Марфа? В происшедшем между ними пререкании полноту одобрения от Господа как известно получила Мария (Лук. X, 42). Однако, по показанию ученика, его же любяще Иисус, первою в любви Господней поставлена была потом не Мария, а Марфа. «Иисус же любил Марфу, и сестру ея и Лазаря»(Иоан. XI, 5), - определенно говорится в Евангелии от Иоанна. Подобное кажущееся несоответствие можно наблюдать и в среде апостолов: именно, среди первоверховных апостолов мы видим не Иоанна, возлюбленного Господом, а Петра и Павла. Мы сами спросим теперь: который из цветов радуги краше? И ответим каждый цвет прекрасен, когда он находиться на свойственном ему месте и состоит в должном соответствии с целым.

Вопросы жизни духа всегда вызывали пререкания. Вызывают они разные пререкания и ныне. Последователи и представительницы Марфинского направления нередко, по примеру Марфы, и ныне жалуются Господу и людям на тех, которые, по примеру Марии, приседят у ног Христовых, в условиях монашеской жизни и мирской, отклонив от себя все обычные труды и хлопоты семейные и житейские. Как в древности, так и ныне те, которые действительно по образу Марии приседят у ног Святителя, а не обращают это сидение в средство для земных целей, - те в свою защиту услышат от Господа утешительное слово: «они избрали благую часть, которая не отнимется у нх». Но зато достойные последователи Марфиного направления так же не лишены утешения: они имеют великое обетование в любви Христовой.

Мы видим таким образом, что в путях ко Господу много точек исходных, но одна цель. Сколько есть отдельных личностей, столько бывает путей начальной стадии, но все пути сходятся потом в одну дорогу. «Аз есмь путь и истина, и живот: никто же приидет ко Отцу, токмо Мною» (Иоан. XIV, 6), - сказал Господь Христос.

Еп. Сильвестр